Андрей Рублев - на главную

Биография

Мир Рублева

Произведения

Эпоха Рублева

Святая Троица

Круг Рублева

Хронология

Карта сайта

Антология

Иконостас




     


"Сюжеты и образы древнерусской живописи". Из книги Н.А.Барской

Образы Снятия со креста. Положения во гроб (Оплакивания), продолжение

  
Андрей Первозванный
  

    Содержание:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100

К ногам Учителя благоговейно склонился сосредоточенно размышляющий юный Иоанн в ослепительно алом плаще, а по обеим сторонам от креста стоят (одна за Марией, две другие - за Иосифом и Никодимом) верные Иисусу Христу последовательницы. Скорбны жесты их поднятых к ликам рук, но в самих ликах скорбь смягчена глубокой, вникающей в тайну мыслью. Стройны, не согбенны их удлиненные фигуры в алых, багряных, зеленых и оранжевых одеждах. Строго недвижимые, замыкают они полную действия сцену, подчеркивая нераздельное со скорбным смыслом этих действий таинственное величие. И, умножая ощущение этого величия, сияет над крестом с распятым, над окружающей его группой людей, снимающих с креста его мертвое тело, золотой свет вечности, ослепительный свет яркими белильными пробелами наполняет и алые, синие, багряные и оранжевые одежды.
В первые века существования византийского искусства возникла и композиция собственно Погребения Иисуса Христа. Оно изображалось так, как представлено в «Хлудовской Псалтыри» IX века. Иосиф Аримафейский и Никодим несут спеленутое тело Иисуса Христа к раскрывающейся за ними пещере-гробу. Золотятся нимбы вокруг их голов, мерен их шаг. Как и другие мастера таких изображений, автор миниатюры стремился подчеркнуть значительность изображенного, передать благоговейные чувства, охватившие участников события. Но эта композиция не удовлетворяла тому смыслу, который, размышляя над кратким рассказом евангелистов, прославляли в нем гимны и песнопения, поминавшие, прославлявшие это событие в службе Страстной недели. Авторы гимнов раскрывали те чувства участников события, и прежде всего Богородицы, о которых умалчивает евангельский рассказ. Бесконечным по глубине предстает в этих песнопениях ее горе по Сыну, «Владыке и Богу, Надежде и Жизни». «Принесши его с плачем, положив на колено», как гласят эти песнопения, обливая его слезами, плачет она. «Благосердный» плач творят и Иосиф с Никодимом, сняв с древа и увидев Иисуса Христа «мертва, нага», «одевающегося светом, яко ризой». Но исполненная верой в то, что он может это совершить, Пречистая Дева обращается к Сыну с молитвой «исцелить ее злую язву, воскреснуть и исцелить печаль». И одновременно все остальные величают Страсти Христа, «песнословят погребение с воскресением».
Выработать композицию, помогающую создать зримый образ этого плача по Иисусу Христу, его Оплакивания, помогли художникам византийского мира предания о погребении Иисуса Христа, которые в раннем средневековье хранились в святой земле Палестине и которые приносили с собой паломники и крестоносцы, посещавшие эти места. В Палестине сохранялась в это время плита, на которую, как считалось, положили снятое со креста тело Иисуса Христа, на ней умастили и спеленали его, на ней отнесли во гроб.
Окружившими лежащее на этой плите готовое к погребению тело Иисуса Христа предстают оплакивающие его близкие в композициях «Оплакивание».
Эту выразительную композицию наследуют русские мастера, в XV веке начинавшие широко вводить «Оплакивание» в праздничные ряды иконостасов и создавшие замечательные произведения на этот сюжет. Но для того чтобы передать этот плач в его высоком смысле, в полноте заключенного в нем горя и одновременной полноте надежд, им понадобилось соединить эту композицию с выработанным веками и достигшим к XV столетию своей вершины умением передавать самые сильные людские чувства с целомудренной сдержанностью, умением использовать средства самой живописи - цвет, линию - для выражения смысла изображенного.
Замечательное «Оплакивание» создал в конце XV столетия мастер из поволжского города Городца. Резкие, уступчатые горки, подымаясь на бирюзовом фоне, изображают земную твердь. А в самом низу, на терракотовой прямоугольной плите - спеленутое, готовое к погребению тело Бога, творца этой тверди, снятого со креста Иисуса Христа. Нежно приподымает рукой его голову, припала щекой к его щеке склонившаяся над ним Мать - бесконечно точен, наблюден в жизни, выразителен этот жест материнской скорби и любви. Но мягок материнский лик, припавший к мертвому лику Сына, полон надежды и веры ее обращенный к нему взгляд.
Вторя ее движению, так же низко склоняются над Учителем юный, нежно касающийся его рукой, задумчиво взирающий на него Иоанн и благоговейно припавший к его ногам Никодим, в лике которого слиты надежда и печаль. А над ними в позах печали и моления встают Иосиф и женщины, в зеленых, охристых, терракотовых одеждах. В центре их, как кульминация слитых воедино скорби и надежды,- Мария Магдалина, в ослепительно алом плаще, в жесте скорби и мольбы широко распахнувшая обращенные ввысь руки, склонившая лик к распростертому на камне телу Учителя.
Плита, на которой лежит спеленутое, готовое к погребению тело Иисуса Христа, твердо ассоциировалась в русском сознании с обычным гробом. Поэтому композиция «Оплакивание» воспринималась как прощание во время Положения во гроб. Именно такая надпись над композицией «Оплакивание» располагается и на городецкой иконе. Именно образом этого величавого, полного надежды плача представало погребение Иисуса Христа, его Положение во гроб и в русском искусстве XV века, и в последующих столетиях.   Продолжение »


"Андрей Рублев", 2006-2016, me(a)andrey-rublev.ru

LiveInternet