Андрей Рублев - на главную

Биография

Мир Рублева

Произведения

Эпоха Рублева

Святая Троица

Круг Рублева

Хронология

Карта сайта

Антология

Иконостас




     


"Сюжеты и образы древнерусской живописи". Из книги Н.А.Барской

Предисловие, продолжение

  
Андрей Первозванный
  

    Содержание:

1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100

Живопись Западной Европы исходно росла из тех же христианских корней, по-своему важно было для нее и христианское слово. Но развитие этой живописи пошло по иному пути. Она выработала не только иные, не связанные с церковной традицией жанры и виды (портрет, натюрморт, пейзаж), но, начиная с эпохи Возрождения, и сюжеты Священного Писания передавала совершенно иным способом, чем живопись византийского круга. Западноевропейская живопись не созидала священный образ, а стремилась изобразить тех, кто описан в Библии и Евангелии, как обычных людей, а события, о которых там рассказывается,- как любые другие обычные события человеческой жизни. В приближении к повседневной реальности видело западноевропейское искусство единственный путь к подлинной правде, и в передаче этой реальности его мастера достигли огромных успехов, выработали для этого особые художественные принципы. Русская живопись после петровских реформ, в том числе живопись церковная, строится на этих новых, западноевропейских принципах. И хотя чисто религиозное уважение к древним иконам сохранялось в европеизированном, просвещенном русском обществе, но сами отличия живописи древнерусской от европейской воспринимались им лишь как доказательства русской отсталости и варварства. Постепенно сама эта живопись, как и вся допетровская старина, предавалась забвению. Древняя, восходящая к Византии художественная система в сильно упрощенном виде сохранялась лишь в крестьянском иконописании, центрами которого были несколько «иконописных» сел - Палех, Мстёра и Холуй. Приверженность к древней иконе, как и ко всему допетровскому строю жизни, в известной степени продолжала существовать только в народной - крестьянской и отчасти купеческой среде.
Но, к счастью, это забвение древних национальных корней не было в России окончательным. Через сто лет после петровских реформ к ним обратилась новая, созданная как раз в результате реформ русская культура, русская интеллигенция. Растущее значение России, ее победа над Наполеоном в Отечественной войне 1812 г. послужили мощным толчком для развития национального самосознания. У просвещенных людей, у историков, писателей, поэтов возник интерес к прошлому страны, к ее истории. И уже второе десятилетие XIX века было ознаменовано появлением «Истории государства Российского» Н.М.Карамзина - труда, в котором, по словам А. С. Пушкина, «древняя Россия, казалось, была найдена, как Америка - Коломбом». Это была книга, открывшая русскую историю самым широким кругам образованного общества. Вместе с «открытием» древней России родился и интерес к ее культуре, положено было начало ее изучению через обращение к фольклору, к народной жизни, где многие черты этой культуры, допетровская старина еще продолжали жить. «При свете европейского просвещения нам нужно хорошенько рассмотреть самих себя»,- писал Н.В.Гоголь. И «рассматривая себя», русские люди находили в своем историческом прошлом такие сокровища, которых не знало европейское Просвещение.
В начале XIX века было открыто и обрело известность величайшее произведение древнерусской литературы - «Слово о полку Игореве». Вслед за тем в течение всего столетия разыскиваются учеными другие литературные произведения на страницах древних рукописей. Ученые, поэты, писатели собирают и записывают хранящиеся в живой устной народной традиции памятники древнего литературного творчества - былины, сказки, песни. И со времен Пушкина древнерусская литература, древнее литературное творчество народа становятся источником вдохновения для русских писателей, живым ключом, питающим новую, «европейскую» русскую литературу. Одновременно с древней литературой открываются и национальные истоки в музыке, начинается собирание и запись народных песен, развивается интерес к древним церковным песнопениям. И русские композиторы от М.И.Глинки до С.В.Рахманинова неуклонно обращаются к этим истокам, каждый по-своему обогащает ими свое творчество. Интерес к древнерусской культуре вызвал обращение и к ее живописи. Уже в «Истории государства Российского» Н. М. Карамзин упоминает о древнерусских художниках, приводит почерпнутые из летописи сведения об их произведениях. Эти сведения привлекают внимание, становятся предметом изучения и для более молодых историков, но настоящее приобщение к древнерусской живописи, открытие ее подлинных сокровищ произошло много позже, чем это случилось со словесностью и музыкой.
Дело в том, что люди XIX столетия древнерусской живописи по-настоящему просто не видели. Потемнели, покрылись пылью и копотью уцелевшие в древних храмах фрески и мозаики, и в буквальном смысле стали невидимы иконы - главная, самая многочисленная часть древнерусского наследия. Ведь фресками и б особенности мозаиками в древности украшали далеко не каждую церковь, а иконы были обязательно не только в каждом храме, но и в каждом доме. Причина этой невидимости икон - в той особой живописной технике, в которой они создавались. Доска, на которой должна быть написана икона, покрывалась загрунтованной тканью - паволокой, и само изображение наносилось на паволоку темперой, т.е. минеральными красками. А сверху изображение покрывалось прозрачной олифой. Олифа хорошо проявляет цвет и, что еще важнее, прекрасно предохраняет живопись от повреждений. Но при этом олифа обладает свойством со временем темнеть, и за 70-100 лет она темнела настолько, что почти совсем скрывала находящуюся под ней живопись. В древности на Руси знали и применяли способы удаления потемневшей олифы, т.е. способы «расчистки» древней живописи. Но способы эти были достаточно трудоемки, и со временем иконы стали не расчищаться, а «поновляться», т.е. поверх потемневшей олифы писалось новое изображение. Зачастую на древних иконах делалось в течение веков несколько таких поновлений - первоначальная живопись в таком случае закрывалась несколькими слоями записей, верхний из которых также был покрыт олифой. В начале XIX века, к тому моменту, когда возник интерес к допетровской культуре, потемнели уже и произведения XVII века. На всех древних иконных досках представали лишь силуэты, контуры изображений, проступающие сквозь потемневшую, почерневшую олифу. Иконная чернота стала восприниматься как исходное свойство самой древней живописи.
Среди образованных людей находились немногие, особо чуткие к искусству люди, сумевшие ощутить и в этой почерневшей живописи таящуюся в ней художественную силу. «В наших древних храмах есть лики, и удивительные лики»,- утверждал в одном из писем друзьям Н.В.Гоголь. В 1840 г. историк Н.Д.Иванчин-Писарев, посетивший Троице-Сергиеву лавру, сумел увидеть в хранящейся там сильно потемневшей «Троице» Андрея Рублева «ценнейший памятник искусств». Но таких отзывов были буквально единицы. Большинство признавало за древней живописью лишь историческое, археологическое значение. Древние иконы собирали только немногочисленные любители древностей вместе с другими старинными предметами. До середины XIX века общим оставалось представление, что «художества водворены у нас в отечестве Петром I».   Продолжение »


"Андрей Рублев", 2006-2016, me(a)andrey-rublev.ru

LiveInternet